Четверг, 27.07.2017, 03:29
"ЧЕЧНЯ ГЛАЗАМИ ОЧЕВИДЦА"
Владимир Хангельдиев


 


Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

ЛИЧНЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ И ВОСПОМИНАНИЯ О ЧЕЧНЕ И ГРОЗНОМ (ЧАСТЬ 1)
22:59

ЛИЧНЫЕ  ВПЕЧАТЛЕНИЯ И ВОСПОМИНАНИЯ О ЧЕЧНЕ И ГРОЗНОМ

 

Чечня от Октябрьской революции до Великой Отечественной войны

 

Чечню я познавал с того момента, как начал осмысливать происходящее вокруг. Родился я в Грозном, на улице Веденской (теперь на этом участке улицы стоят пяти- двенадцатиэтажные дома) в частной квартире, снимаемой моими родителями в доме казаков Чурсиных. Дом стоял на пересечении нашей улицы с улицей Поселянской. Позже, в 1932 году, при строительстве трамвайной линии по улице им. В. И. Ленина здесь была организована первая остановка трамвая и называлась она «Поселянская», после Великой Отечественной войны её переименовали в честь Героя Советского союза Ханпаши Нурадилова. В семидесятые годы трамвайную линию с улицы Ленина перенесли на параллельные улицы.

Отец, женившись на моей матери в 1926 году, начал работать учеником слесаря-монтажника на строительстве нефтеперегонных заводов в Сталинском районе, после осуждения культа личности Сталина в 1956 году, переименованного в Заводской район. Из того времени в моей памяти осталось только несколько событий. Первое – отец первый и последний раз в моей жизни покатал  меня на санках. Не потому, что он был плохим отцом, а потому, что с юности и до конца своих дней без остатка отдавался работе. Второе событие – хозяйка дома,  бабка Чурсина, увидев, как я в углу двора сооружаю из двух чугунных плит от домашней печи «буровую вышку» заметила: «Аджинером будет». И третье. Помню, как мою мать однажды увезли в больницу, а вернулась она  на фаэтоне (лёгкая коляска с откидным верхом) с лялькой на руках. Лялькой оказалась моя сестра Людмила. А было это 22 марта 1931 года. В то время, ни о каких чеченцах я ещё ничего не знал и не слыхивал.

В 1934 году отец получил квалификацию слесаря-монтажника и одновременно квартиру в Сталинском районе. Квартира № 3 была в бараке, помню его номер – 12. Барачный участок был расположен у подножья Карпинского кургана Сунженского хребта,  в конце улицы им. Абульяна, за баней. За бараками у каждого жителя имелся  катух (это такое сооружение, в котором можно было содержать корову, коз, свиней, овец, кур и другую живность). Без наличия подсобного хозяйства, рабочему человеку трудно было содержать семью на одну зарплату. Что за люди жили в этих бараках? Это были те, кто строил заводы: плотники, каменщики, сварщики, слесари, маляры, землекопы  и другие рабочие подобных профессий.

 А что собой представлял барак?  Он был построен из горбыля (обрезков, остающихся от распиловки брёвен), между двойными стенками которого засыпались опилки. Снаружи и изнутри горбыль обшивался  дранкой (тонкие полоски из распущенной доски) и штукатурился глинистым раствором с известью и песком. После штукатурки стены белились известью. Пол был деревянным и крашеным краской. Потолок и кровля составляли одно целое. Изнутри потолочные доски обшивались дранкой и штукатурились, а после белились известью. Снаружи доски покрывались рубероидом и заливались битумом. Каждая квартира состояла из жилой комнаты и кухни. В кухне была плита, которая отапливалась попутным газом и служила для приготовления пищи и одновременно для обогрева помещения. Зимой холодно никогда не было. Освещение было электрическим. Репродуктор родители купили, «когда  разбогатели»,  правда, на «Рекорд» у них денег не хватило, купили  «Зорьку», но  нам соседи всё равно завидовали. В нашем бараке было одиннадцать квартир. Все соседи  хорошо друг друга знали и жили дружно, Даже сейчас, через семьдесят лет, когда пишу эти строки, помню почти все фамилии, имена и клички.

В первой жили Ткачи (такая у них фамилия): отец, мать, Федька, Петька, Катька, Колька, Митька, Филька. Во второй – Григорьевы, отец, мать и сын. С ними все соседи мало общались, потому, что они вели замкнутый образ жизни, были более образованны и вероятно считали, что общение с простонародьем, ниже их достоинства. В третьей – мы,  Хангельдиевы, вчетвером. В четвёртой –  Большухины, отец-дядя Степан, мать, Санька, Маруська. В пятой квартире обосновались Акимовы: отец, мать, Степан – красный командир – майор, Колька, Танька и ещё младшая сестрёнка Пашка. На другой стороне барака в седьмой квартире жили Дудины, отца у них не было. Была мама, старший брат – танкист, старшина по воинскому званию, дочь и младший – Санька. В следующей, восьмой: Зайцевы, отец – классный плотник, мать, Витька, Танька. В девятой – Кармановы. Из их семьи помню только сына Вовку. Пропустил шестую квартиру, Сорокиных, мужа и его жены Насти. Чьей была одиннадцатая квартира не помню. Основная масса семей – рабочие, не очень грамотные и детей называли именно так, как я их перечислил.

Чеченцев и ингушей, проживающих в бараках, я не припоминаю. Всего бараков было пятнадцать или шестнадцать. Два из них, были общежитиями, а один – клубом (красным уголком). В клуб ходили по выходным (в то время месяц делился на пять шестидневок). Пять дней – рабочих, а шестой – выходной. Пару раз в месяц на линейке (подрессоренная телега) привозили кино. Механик ручку киноаппарата крутил вручную, но всё равно было интересно. Между бараками была кубовая, в ней стоял титан, в котором постоянно находился кипяток. Между каждыми четырьмя бараками построили летние кухни с газовым отоплением печей и навесом. Там летом все жители готовили пищу. Немного ранее, я упоминал о бане. Вся округа в ней мылась по выходным дням. Баня была очень хорошая, имела два отделения, мужское и женское, и в каждом отделении своя парная. Для более обеспеченных клиентов имелись ванные комнаты. Знаю, что до самой Чеченской войны эта баня успешно работала.

В двухстах метрах от бараков в 1930-м  году построили Дворец культуры им. В.И.Ленина. В нём, на первом этаже – раздевалка на тысячу мест, кафельный пол, слева большой зал, примерно на пятьсот мест с большим фойе с паркетным полом, далее по коридору, справа, военная комната, оборудованная всем современным по тому времени стрелковым оружием, плакатами. Посетители могли это оружие изучать, разбирать, собирать. Слева, хороший буфет. Далее, шагая по паркету, посетитель попадал в фойе малого зала кинотеатра. Выход из ДК направо. На втором этаже находились комнаты для занятий кружков вышивания, кройки и шитья, сольного пения, большой зал с паркетным полом для бальных танцев, а по вечерам, в выходные дни, для танцев молодёжи (как сейчас говорят – дискотеки). В подвале размещались помещения для бильярда, духового и струнного оркестров, и даже для шумового детского оркестра, комнаты для юных техников: авиамоделистов, кораблестроителей, фотографов. За фойе малого зала располагался большой спортивный зал, оборудованный для занятий волейболом, баскетболом и снарядами для спортивной гимнастикой.

С тыльной стороны ДК, во дворе, был оборудован летний кинотеатр. Я упустил еще одну деталь, на втором этаже Дворца размещалась большая библиотека с двумя отделениями: художественной и  научно-технической литературы, а рядом – читальная комната. В библиотеке насчитывалось около миллиона книг. К слову, как только я научился читать в первом классе в 1934 году, сразу же  записался в эту библиотеку, и так как в руки давали по одной книге, я попросил своих родителей также туда записаться. Таким образом, я за одно посещение брал по три  книги в неделю, но так как больше не давали, приходилось ещё подворовывать. С 1934 по 1941 год,  то есть за семь лет, я перечитал, причём вдумчиво, несколько тысяч книг. Впоследствии, через пятнадцать лет, при поступлении в Академию БТВ я без подготовки успешно сдал экзамен по русскому языку и литературе. Подробное описание жизни в бараках до Великой Отечественной войны я сделал для того, чтобы было понятно, что при неуютном и небогатом житье для жителей района были созданы все условия для духовного и культурного развития. Причём, эти условия предоставлялись БЕСПЛАТНО.

Подобные дворцы были построены: для нефтяников Старопромысловского района – Д.К. им. М.И.Калинина; в Октябрьском районе – Д.К. им. С.М.Кирова;  для рабочих завода «Красный молот» – Д.К. им. В.М. Молотова; для железнодорожников – Д.К. им. Н.К.Крупской. И, чтобы закончить повествование о Дворцах культуры, дополню ещё – Д.К. Химиков в Черноречье, который был построен в отличие  от дворцов довоенной постройки, в пятидесятые годы при строительстве Химического комбината им. 50-летия СССР.  А все ранее перечисленные Дворцы были построены в период становления Советской власти  в  СССР в 1923-1929 годах по инициативе тогдашних профсоюзов, то есть в те годы, когда страна была не очень богатой. Забегая вперёд, скажу, что все эти дворцы в годы Великой Отечественной войны были превращены в госпитали, сборные пункты для отправки на фронт –  в военные училища.

Увлекшись темой дворцов, я ушел от главной – чеченцы и взаимоотношения с ними.

В 1934 году, в свои неполные восемь лет, я поступил в первый класс единственной в то время в районе школы-десятилетки № 6 и оказался самым младшим по возрасту учеником (всего в классе учились 41 человек). Учились в этой школе все дети Сталинского района, подгорных хуторов, станицы Грозненской. Население района насчитывало в то время одиннадцать тысяч человек. Детей было много, и учились в три смены. Только в 1940 году была построена новая  школа и ей присвоили №30. Место она занимала рядом со зданием пожарной команды у трамвайной остановки «Пожарка». Со временем здание передали Химико-Технологическому техникуму. Чеченских детей в школе не было,  или почти не было. Только однажды, в 1937 году, к нам в третий класс привели нового ученика, мальчика-чеченца. Представили: Шамиль. Реакция учеников класса была самая обыденная, такая, если бы привели нового русского
школьника. Он нам был любопытен просто как новый член нашего класса.  Вот и всё.  Нас больше волновало то, как он будет учиться: позвоночник искривлён, ноги волочатся по полу, еле-еле передвигается на костылях, горбатый, но руки исправны и голова работает, взгляд осмыслен и разговаривал с нами нормально. Год  он проучился в нашем классе, без всяких эксцессов, без унижений, он просто вызывал сочувствие и при необходимости получал помощь, если она ему была нужна.  Таким было моё первое знакомство с настоящим чеченцем. Через год он исчез из нашего класса.

В школе учились дети разных национальностей. Обращение друг к другу было беззлобным и этикетом не блистало: «Ты, хохол…», или – «Ты, кацап…», или  – «Ты, армян-солённый…»,  «…шакал…», и далее следовало содержание того, что хотел сказать инициатор беседы. Такие обращения  обиды не вызывали и все считали это нормой общения.   Помню, как-то однажды, когда один из пацанов, обратился ко мне со словами: «Ты, армян солёный…», я  решил спросить его, а почему он меня так назвал, и предложил ему лизнуть мою руку: «Попробуй, я не солёный!». «Нет, солёный, – говорит, –  потому что вас армян, когда в церкви крестят, то окунают в солёную воду». А я не сдаюсь: «Ага! – говорю, –  а меня в русской церкви крестили, понял?» Но всё равно,  каждый из нас  остался при своем мнении, и наша перепалка так бесславно и закончилась. Такие беседы, как правило, ни вражды, ни драк не вызывали.

Общая обстановка в Чечено-Ингуской АССР перед Великой Отечественной войной внешне тревоги не вызывала, и от описания взаимоотношений между людьми на её территории придётся немного отвлечься.

Дело в том, что мне в голову пришла мысль: проследить, как образовалась Чечено-Ингушская Автономная Советская социалистическая Республика? Ведь до Великой Октябрьской Социалистической Революции 1917 года Чечня, как отдельная административная единица не существовала. И даже после революции длительное время творилась административно-территориальная чехарда на Кавказе. Сначала, вторым съездом народов Терека в Пятигорске 17 марта 1918 года признали советскую власть и создали «Терскую советскую Республику» в составе РСФСР. После того съезда в Чечне созвали в Гойтах съезд чеченского народа и создали Гойтинский народный совет (председатель совета – Т.Э.Эльдарханов). Был реорганизован Ингушский национальный совет во главе с Г. Ахриевым. Оба совета заявили о поддержке Советской власти. После длительных боев на Северном Кавказе, 17 ноября 1920 года на съезде народов Терской области во Владикавказе, было провозглашено образование Горской Автономной Советской социалистической Республики, в которую Чечня и Ингушетия  вошли как Чеченский и Назрановский округа.

30 ноября 1922 года из состава Горской АССР был выделен Чеченский округ, преобразованный в Автономную область РСФСР.

7 июля 1924 года Горская АССР была упразднена и на части её территории создана Ингушская  Автономная область.

15 января 1934 года Чеченская и Ингушская Автономные области были объединены в Чечено-Ингушскую Автономную область.

5 декабря 1936 года Чечено-Ингушская автономная область была преобразована в Чечено-Ингушскую Автономную Советскую социалистическую Республику.

В 1991 году при развале СССР распалась и ЧИАССР на две самостоятельные республики: Чеченскую и Ингушскую, обе в составе Российской Федерации. Мы видим, с какими потугами создавались в СССР  союзные и автономные республики и как только народы, проживающие в них, вроде бы приобрели покой, началось строительство новых «демократических» отношений между ранее дружными народами бывшего,  кому-то не понравившегося, СССР. Что ждёт эти народы?


Далее >>

Просмотров: 13076 | Добавил: Администратор | Рейтинг: 3.9/10 |

Написать Автору
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:

Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz